Главная Контакты В избранное
  • Опрос пользователей

    Какие сказки вам нравятся больше? (все опросы)

    современные сказки
    сказки прошлых веков


    Паранормальное

    Эксперимент Зло или ...
    На днях посмотрел фильм «Эксперимент зло», давно хотел, так как не раз слышал, что ф...
    Глиник – польская ан ...
    Аркадиуш Мязга занимался изучением и исследованием НЛО и аномальных зон в Польше, в ...
    Жизнь и смерть антих ...
    Адсо Дервенский в своем влиятельнейшем трактате «Книжечка об Антихристе» (другое наз...
    Запредельный мир, ко ...
    В определенном доме, чаще всего на окраине, сами собой передвигаются разные предметы...
    Кольца всевластия
    Кольца да перстни в наши дни воспринимаются всего-навсего как украшения. Меж тем, с ...
    Внезапные выходы в а ...
    Покинуть физическую оболочку человек может не только во время обычного сна. Это може...
    Невероятные астральн ...
    Эта интересная и весьма перспективная эзотерическая практика имеет лишь один недоста...
  • Озем и сумерла

    АвторАвтор: avto  Опубликовано: 8 сентября 2009  Комментариев: (0)
    Был на прииске серебряном один молодой рудознатец — рыжий такой, кряжистый. Прохором его звали. И страсть как любил он дичину и зверя стрелять в Змеиных горах — они за прииском аж до небес взлетали вершинами! Вот как-то раз идет Прохор на закате солнечном по ущелью с ружьишком, глядь — орел летит с добычей в когтях. Низко так летит, над самыми макушками елок. Видать, слишком тяжела добыча: то ли ягненок с руном золотистым, то ли зверь какой неведомый.

    Прицелился Прошка и хоть не попал, но так напугал орла, что тот добычу выпустил из когтей, а сам упорхнул. Подбежал парень к добыче орлиной — да так и ахнул. Лежит на траве не ягненок, а непомерно большой золотистый крот и кровью истекает.

    Подивовался наш охотник на зверя золотого — о таких он и слыхом не слыхивал! — и решил показать диковинку старикам на прииске. Они чего только не повидали на своем веку, знают небось, что за чудо-юдо ему попалось. Но сперва нарвал Прошка тысячелистника, приложил к ранам зверька да завернул его в свою рубаху. Потом положил в котомку и зашагал на прииск. Однако путь был долог, застигла парня в пути ночь. Прилег он под елью, и привиделся Прошке сон, будто просит крот золотой отнести его по восходе солнца обратно в то самое ущелье, где был он от орла спасен, а затем, обогнув Стриж-озеро, отыскать лаз в земле и тем лазом проникнуть в пещеру. Там крота якобы ждут не дождутся отец с матерью, и они-то наградят Прохора Селиванова от всей души.

    Подхватился Прошка, на звезды поглазел, сновиденью поизумлялся и опять лег — досыпать. И сызнова сон повторился — точь-в-точь!

    Делать нечего: рано поутру пустился он вверх, вверх по ущелью, к Стриж-озеру. Хоть не сразу, но лаз потайной отыскал, сделал по нему десяток шагов, а дальше — тьма-тьмущая, один неосторожный шаг — ив пропасть грянешься, костей не соберешь, так в недрах земных и загинешь... И слышится вдруг Прошке, словно ребенок говорит тонко и нараспев.

    — Возьми меня на руки и повязки развяжи.

    Да ведь голос из котомки идет, где крот лежит! Хоть и захолонуло Прошкино сердечко, однако послушался он, сделал, как велено было. Батюшки-светы! Разлился по стенам лаза свет золотистый, ярче дневного, и Прошка без помех зашагал вперед и вперед, пока не очутился в преогромнейшей пещере. Там все горело и сверкало от каменьев самоцветных, а на хрустальном троне, в одеяньях раззолоченных и самосветных коронах сидели царь с царицею. Тут крот выскользнул из его рук — и преобразился в прекрасного царевича.

    — Сколько раз мы, отец и мать твои, Озем и Сумерла, говорили тебе, неслуху: не покидай наших подземных владений, не выходи на белый свет — ни в обличье ящерицы, ни змеи, ни крота, — услышал Прохор голос царя. — Скажи еще спасибо своему спасителю-рудознатцу. А ты, Прохор Селиванов, подойди поближе... Еще ближе. Не робей, ты ведь парень не из робких! Какую награду желаешь унести отсюда? Выбирай, походи по моим владениям, поприглядись — здесь все твое.

    Начал осматриваться Прохор, к стене подошел, золотишко самородное трогает размером с его кулак, на яхонты да рубины заглядывается. И видит: стоят идолы каменные в обличье людей. Всмотрелся — и онемел: да это ж его знакомцы с прииска! Окаменевшие! Вот Яшка Летягин, рудознатец, вот Анфим Посребышев, горный мастер, Никита Анциферов, писарь рудничный, а вот гуляка да забияка Егор Кудряшов, соперник его, Прохора, в любви к красавице Алене. В разные годы пропали они в горах — кто охотясь, кто драгоценную руду отыскивая, и давно уж были оплаканы-отпеты родней.

    — Ну, подыскал себе награду? — спросил царь Озем.

    — Подыскал, — кивнул Прохор. — Коли будет на то воля твоя, оживи людишек рудничных и отпусти нас всех с миром.

    Надолго призадумался Озем, но тут Сумерла и царевич начали всячески увещевать царя склониться на Прохорову просьбу. И вот явилось чудо: ожили и Яшка, и Анфим, и Никита, а явленный из камня Егор Кудряшов перво-наперво взглянул на Прохора люто, как и положено сопернику.

    — Забирай своих людишек и прощай, — сказал Озем. — Только не обессудь: память у них о владеньях моих отшибется до скончания земного срока каждого. Чтобы не пытались более попасть в мои владения. А ты, рудознатец, коли сделается белый свет не мил, возвращайся сюда. Работа по сердцу найдется!

    Вернулся Прохор со товарищи на прииск — будто с того света привел оплаканных и отпетых! Начался, как водится, пир горой. Но на все вопросы, что да почему, молчали счастливчики, не знали, что ответить. Молчал и Прохор.

    Стал он каким-то задумчивым, нелюдимым. А спустя два месяца исчез — после того, как красавица Алена пела и плясала на своей свадьбе с Егором Кудряшовым. Вот наутро после этой свадьбы и пропал Прохор Селиванов. Навсегда пропал...

    Сказывали, будто видели его потом на Змеиных горах, а рядом с ним — какого-то крота золотого, да только кто ж тому поверит?

    -------

    Озем и Сумерла — бог и богиня подземного царства. В глубоких, сумрачных провалах раскинулись их необозримые покои, в которых всегда темно, и только неисчислимые богатства недр озаряют их своим блеском: золотые и серебряные жилы, гроздья самоцветных камней, горящие озера нефти — крови земли... Одежды Озема и Сумерлы из чистого золота, их лица бледны и неприязненны. Ох, не любят они людей, которые ищут богатств земных, оттого так часто обваливаются крепи шахт, взрываются рудники, а порою начинают боги возмущенно трясти землю, чтобы устрашить дерзких хитников. Слуги богов — кроты, ужи и грибы, их соглядатаи и слухачи. Все, что узнают о жизни людей, все богам подземным рассказывают!

    Ну а зимой, когда снег покрывает поля и леса, когда ничто не пробьется сквозь белое тяжелое покрывало, Озем и Сумерла обнимают друг друга крепко-крепко, ибо, несмотря на внешнюю суровость, соединяет их великая и нерушимая любовь, и отдаются сладкому сну вместе со всей замерзшей землею.

    Поделиться новостью:


    Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Яндекс цитирования